Сянгу вроде бы адресуются читателю, находящемуся в тесном идеологическом и культурном сговоре с автором, но звучат перед куда более широкой, неведомой публикой, среди которой скрываются и недружественные элементы. Вот почему никакое содержательное послание при этом не доносится. Сообщается только форма, которую могло бы принять послание, если бы оно было передано и зашифровано. Классические сянгу предлагают читателю-заключённому – их единственному реальному адресату – опыт несостоявшегося сообщничества. Случайному читателю они предлагают минуты мирной поэтической ласки. Читателю хищному – двусмысленное пространство, где впустую растрачивается его враждебность.
— Антуан Володин, Постэкзотизм в десяти уроках, урок одиннадцатый ‎- волна бургерных