Матушка нашла пятидолларовый пакетик с травой в моем тайнике под половичком и выкинула в туалет. Имела со мной долгую беседу и поинтересовалась, давно ли я подсел. Объяснил, что подсесть можно на героин, а не на траву, и, думаю, все-таки сумел ее убедить. Но она не настолько поверила, чтобы вернуть мне пять баксов, хоть я и попросил. Короче, по-моему, она на меня рассердилась.
— Джим Кэрролл, Дневники баскетболиста ‎- из-за разнузданности гламурной
Еду сегодня вечером в метро по линии «А», наполовину дремлю (под кайфом), наполовину пытаюсь читать спортивный журнал. И тут на 175-й улице заходит эта телка, по виду стюардесса или секретарша, с большими сиськами и высокой прической. Садится прямо напротив меня, хотя народу в вагоне особо нет, и раздвигает ноги так, что я могу разглядеть ее зеленовато-голубые трусики. Что им всем от меня надо? От юноши спортивного телосложения, который хочет спокойно поторчать от героина и почитать безобидный журнал? Наконец, я поднялся, приблизился к ней и попросил, не будет ли она так добра сдвинуть ноги, потому что мне только пятнадцать, а то, что она делает, меня смущает, и это, откровенно говоря, неприлично. Потом вернулся и сел обратно на свое место. ‎- из-за разнузданности гламурной
Такое удовольствие перетянуть руку женским шелковым чулком, вонзить иглу в сделанную отметку и наблюдать, как кровь поднимается в баян, словно пустынная лилия, рисунок которой я, помнится, встречал в детской энциклопедии. Такая красная... да, я вкалываю в руку пустынные лилии. ‎- из-за разнузданности гламурной