Вот. Вот такие жемчужины и оправдывают жанр: «военный стережет границу / а где то девушка его / спит крепким сном в своей постели / а где то какает сова»
А вот можно для марсиан пояснить, что именно и как служит оправданием жанра здесь? С такой отрешённо-текстоведческой и антропологической точки зрения. (Свои гипотезы у меня есть, но я их пока придержу.) ‎- 9000
Да, почему бы и нет. Здесь первыми тремя строками задаётся канва «патриотического стихотоврения», к тому же — плохого патриотического стихотворения. Но интересно, что это стихотворение (если брать первые три строки) устроено на (давно опошлённом) сопоставлении-противоречии: вот герой (военный) сторожит границу — ночь, предположительно опасность или холод, или просто недосып — а вот его девушка спокойно спит в своей постели [предположительно — именно потому, что военные стерегут границу]; при этом предполагается как бы сопереживание читателя через переживание этой бездны — между человеком, стоящим ночью с оружием in the middle of nowhere и спокойно спящей в постели девушкой. cont → ‎- сумка с бродским
→ но вот в это построение врывается четвёртая строчка с какающей совой — и разрушает его? ан нет. здесь, по-видимому, надо упомянуть тот очевидный факт, что поэтика «пирожка» — это в принципе, по определению, поэтика обмана ожиданий: отсутствующей рифмы, сопоставления несопоставимого; т.е. читатель УЖЕ готов к тому, что его «смешно разыграют». но происходит не это. происходит одновременно резкое снижение пафоса (потому что сова «какает», а не гордо реет), но и расширение вселенной стихотворения. четвёртая строка как бы говорит нам: мир намного больше, чем он представляется условной «мещанской поэтике» первых трёх строк: в нём, например, есть совы, которые — прямо сейчас, ночью — живут своей жизнью; причём жизнью такой, какую ни в какие «поэтические построения» как бы не встроишь: сова просто совершает физиологические отправления, а не гордо реет, высматривая пищу (тогда её можно было бы проассоциировать с пограничником в ночи). cont → ‎- сумка с бродским
и через эту ВТОРУЮ бездну (между шаблонными героями первых трёх строк, их шаблонным противопоставлением и их пафосом — и какающей совой) — жизнь возвращается во ВСЕ образы стиха. солдат, который стережёт границу, пока где-то спит его девушка — это клише. а когда одновременно где-то какает сова — это жизнь. никакого особого героизма в ней нету, но — об этом стоит напомнить — бездны между разными слоями этой жизни от того меньше не становятся. ‎- сумка с бродским
как-то так ‎- сумка с бродским
(Корвалол сказал бы короче, а Неяглов — интеллигентнее и смешнее. а я говорю как умею) ‎- сумка с бродским
Во, круто, спасибо, [поэтический] мир намного шире и неожиданнее. ‎- 9000
#likecomm ‎- cangaroo
ты очень хороший читатель, однако ‎- мяу-фактор
спасиб! но мне кажется, я скорее неплохой рационализатор, а читатель «какой есть» (в смысле, если я что-то услышал — я могу объяснить, что именно. но слышу я далеко не всё и вообще довольно немного, кажется) ‎- сумка с бродским
ср. тж. "Нелепо сгорбившись, застыв с лицом печальным, / овчарка какает. А лес как бы хрустальным / сияньем напоен" (Кибиров, Летние размышления о судьбах изящной словесности) ‎- лицо не владеющее языком

2015-2016 Mokum.place